Любовь Галицкая (lgalickaja) wrote,
Любовь Галицкая
lgalickaja

Categories:

Владимир Полетаев

Оригинал взят у lazar_kr в Владимир Полетаев
Вчера соврешенно случайно попались стихи этого юноши, написанные им в 15 - 18 лет. Сложно сказать, что бы он писал, став взрослым, если бы неполных 19-ти годов (в далеком-далеком 1970 году) не выборсился из окна. Все-таки юность - это заминировнная территория, когда чловек все время на грани. Юностью еще тоже надо переболеть, как болезнью. И не все выживают. А стихи зацепили.

***
Не подходите, я умру легко.
Уткнусь кутенком Господу в ладони.
Молочница проносит молоко
Холодное, в серебряном бидоне.
И девочка на голубом балконе
Считает звезды: три, четыре, пять...
Не подходите -- разве вам
признаться? --
Семнадцать, восемнадцать,
девятнадцать...
Не подходите, дайте досчитать!

*** 

 Небо начинается с земли,
 с лепета последнего былинок,
 с огонька случайного вдали,
 с желтых Якиманок и Ордынок.

 Как страницы, листья шелестят.
 Где-то рядом, где-то очень рядом,
 слышишь, подступает листопад,
 мы с тобой стоим под листопадом.

Задыхающаяся жара
торопливо обжигает щёки,
 дождь зарядит с самого утра,
 глухо забормочут водостоки.

Дождь зарядит с самого утра.
Эта осень на дожди щедра.
 Капли расплывутся на стекле
 небо возвращается к земле.
                                1967

…а жизнь моя была проста —
 во власти чистого листа,
 во власти благостной — во власти
 нетерпеливого пера,
 в неумолкающем соблазне;
 а жизнь моя была щедра —
 зима ворота раскрывала
 заворожённого двора,
 укутанного в одеяло
 до самого полуподвала,
 и абажура кожура
 оранжевая проплывала,
 и удивлённая строка
 дрожала в пальцах чудака,
 и ускользала за ограду
 захолодалая щека,
 прижавшаяся к снегопаду,—
а жизнь моя была легка…

***
Кружился снег, стократ воспетый,
 кружился медленно и строго,
 и под полозьями рассвета
 плыла январская дорога.

Неприбранная мостовая
 лежала в белом беспорядке,
 мучительно напоминая
 об ученической тетрадке.

Ах, сколько снега, сколько снега,
 какая чистая страница —
 пройти, не оставляя следа,
 и в пустоту не оступиться.

Ах, детство, детство, моё детство
 моё фарфоровое блюдце,
 мне на тебя не наглядеться,
 мне до тебя не дотянуться.

Над розовыми фонарями,
 над фонарями голубыми
 кружился снег, и губы сами
 произносили чьё-то имя.
                                  1968

***
А в январе -- как в январе,
не первый снег и не последний,
а во дворе, как во дворе,
все те же хлопоты и сплетни.
А где-то шестнадцатилетний,
неосторожный человек
идет моим неверным следом --
неверным следом -- белым светом...
Кому-то станет первым снегом,
быть может, мой последний снег...

***

Я не служу сюжетному стиху,
Пусть логики его понятна сила.
Я просто все скажу, как на духу
О, если б горла у меня хватило...


Tags: поэзия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments